2

ГЛАВА VII

ИГРИЩА, ТАНЦЫ И МУЗЫКА. ПЕРВАЯ СТАДИЯ ОПЬЯНЕНИЯ

Психологический настрой

С самого момента сбора, а то и раньше, и до факта конкретного употребления мухомора шла непрерывная психологическая настройка на предстоящее опьянение, как мы уже разобрали. Передаваясь от одного человека к другому, возбуждение усиливалось, и ко дню праздника наступал апогей. В. Г. Богораз писал, что торговля мухоморами на ярмарках велась тайно, чтобы между гостями не начался спор за обладание галлюциногенными грибами. Некоторые даже не рисковали возвращаться домой с драгоценной покупкой и предавались опьянению "в атмосфере, наполненной острым запахом выделений, среди диких криков соседей, объятых буйным экстазом от могущественного снадобья".

Мухомор на праздниках был не только средством опьянения, но и некоторым участником. Засушенный гриб рассматривался как вместилище духа и занимал соответствующее рангу положение среди других изображений. У коряков мухомор присутствовал в обязательном порядке на древнем празднике благодарения природы Хололо (Ололо). Сейчас Хололо, по тому как его отмечают в поселке Аесная на западном побережье Охотского моря, включает в себя несколько торжеств: "Праздник нерпы", "Праздник медведя", "Встреча первой рыбы", "Волчий капюшон" и "Тэ-лытл" (был описан в разделе, посвященном Мировому Древу). Цикл обрядов направлен на то, чтобы снять с человека вину за убийство и поедание животных и помочь духу зверя возродиться вновь. "Поедание мухоморов (обязательно меньше или больше одного!) было важным ритуальным актом во время осеннего промыслового праздника (хололо), - пишет Е. М. Мелитин-ский, разбирая значение Ворона в мифологическом пантеоне палеоазиатов, - оно так же предшествовало сочинению обязательной для каждого личной песни...". На чукотских и корякских праздниках, мухоморы предлагались вместе с другими дарами (нерпичьим мясом, толкушей из ягод и т. д.) всем домашним духам-охранителям. Все это раскладывалось на лахтачьей шкуре. Потом возжигались свечи или лампы, огонь которых должен был показать путь домой для охотников в будущем.

Еще до принятия мухоморов проводились различные соревнования, веселые игры и обряды. По словам А. Уркачан, ведущий, обращаясь к собравшимся и всей природе, оповещал: "Праздник ["Спуск байдары"] начинается. Сегодня можно шутить, мазать друг друга толкушей". Веселье, подчас, имело сексуальную окраску. Художник и режиссер Р. Г. Бабич рассказывал об одном из камчатских развлечений так: "Несколько молодых парней сделали низкий стул, а для ножек использовали три кости из моржовых членов. Потом приглашали девушку-девственницу их возраста, мол чаю попьем, и усаживали ее на этот стул. Потом долго смеялись: на трех членах сразу сидит",

66c86354
Ритуал "Волчий капюшон": а. Танец хозяйки дома; б. Бросание шапки в гостей. Рисунок А.Уркачан.

В тех корякских семьях, где родились близнецы, справлялся особый ритуал под названием "Волчий капюшон" (иг'лымг'ын) или "Волчья пара" (ы'г'ерч'ын). А. Уркачан сообщает, что к обряду специально плетут шапку из священной травы лаутэн, куда вплетаются красные мухоморы, и делают посох, так же украшенный грибами и травой. Хозяйка дома, взяв в руки посох и одев шапку, начинает танцевать перед собравшимися под ритм бубна. Резким движением она срывает с себя шапку и бросает ее в сторону гостей. Считается, что в кого попадет "мухоморная" шапка, будет счастлив и удачлив. Когда ожидание и общее возбуждение доходидо до предела, ведущий шаман исполнял песню в честь духов-мухоморов, после которой следовало принятие грибов:
Могучее племя мухоморов, -

Кто с ним водится, становится мудрым.

У него вырастают широкие крылья,

Летая, повсюду обозревает свет.

Все видит, все знает.

Всем наслаждается, всему смеется,

Проказливый дьявол...

Надо отметить, что к тому времени многие уже находились в полупьяном состоянии, вызванном длительным ожиданием и игрищами, так что эффект от употребления мухоморов мог наступить уже через пять минут. С. П. Крашенинников, наблюдавший пиры камчадалов в первой половине XVIII века, пишет: "Первой и обыкновенный знак, по чему усмотреть можно человека, что его мухомор разнимает, дергание членов, которое по прошествии часа или меньше последует". Тот же автор, чуть ниже говорит о том, что те, которые приняли немного мухоморов чувствуют в себе чрезвычайную легкость, веселье, отвагу и бодрость. Последние химические исследования так же показывают, что эффект от приема 7,5-10 мг мусцимола или 50-90 мг иботеновой кислоты появляется через 0,5-1 ч после употребления и сохраняется 3-4 ч с остаточными проявлениями в течение 10 ч, а у особо восприимчивых - в течение суток.

Прилив сил и пение

С. П. Крашенинников и В. Г. Богораз выделили три стадии опьянения мухомором. Очередность возникновения тех или иных симптомов не однозначна и зависит от многих причин, главной из которых является психологическая установка человека. "Опьянение наступает внезапно через четверть часа или полчаса после употребления гриба, - пишет В. Г. Богораз. - Опьянение имеет три стадии. Первая стадия характеризуется тем, что человек чувствует себя приятно возбужденным. У него возрастает ловкость и развивается более чем нормально телесная сила. Поэтому некоторые охотники на оленей по Среднему Анадырю перед началом охоты употребляют мухомор для приобретения большей ловкости и проворства. В этой стадии опьянения человек поет и пляшет, часто разражается громкими взрывами смеха без всякой очевидной причины, вообще находится в состоянии шумной веселости. Лицо принимает темный оттенок и нервно подергивается. Глаза то сжимаются, то почти готовы выскочить из орбит. Губы то сморщиваются, и при этом оскаливаются зубы, то рот раскрывается в широкую улыбку".

Регулярно употребляющие мухомор заявляют, что при умеренных дозах координация движений не нарушается, что позволяет заниматься практически любой деятельностью. При этом отмечается последовательное обострение рецепторов: вкусовых, обонятельных, слуховых. Обычная пища оказывается чрезвычайно вкусной; в теле, при легкой поверхностной анестезии, ощущается прилив сил и бодрости. Даже девяностолетний старик может пойти в лес и спокойно срубить большую сосну для растопки. На фоне увеличения физической силы шаманы начинают свои состязания. "Несколько шаманов собираются в одной землянке или яянге, все наедятся мухоморов и меряются силами, - пишет патриарх российского североведения С. Н. Стебниц-кий об играх на осенних праздниках коряков. - Сильнейшие шаманы отнимают силу у более слабых. Этим они убивают своих соперников, а сами становятся сильнее и живут дольше настолько, насколько было силы и жизни вюпатгырн'ын (жизнь, бытие, закон) умершего. Шаман может отнять силу и жизнь соперника и приобрести его юнагтырн'ын также в том случае, если сорвет с его руки сыпгаксяв - браслетку из черных и белых бус".

Постепенно возбудимость всех принявших мухомор повышается настолько, что кто-то начинает петь только что сочиненные песни, кто-то пускается в пляс под крики и смех собравшихся. В одной корякской песне есть такие слова:

Я мухомора наелся,

олени чтоб хорошо жили,

чтобы хорошо и оленята выросли.

38
Сцены из мистерии Шаман и "мухоморная девушка. Фото из архива ОИП "Мезосознание α"

При наркотическом опьянении сочинение песен облегчается, поскольку человек перестает следить за различными условностями стихосложения и может придумать подходящие окончания или даже новые слова. Иногда несколько слов, образующих фразу, понимаются совершенно иначе, чем в обычном состоянии сознания. Восприятие идет не линейно, а избирательно. Например, из двух сказанных слов вычленяется третье, состоящее из окончания первого и приставки или части корня второго. Поскольку аналогичным образом мыслят все собравшиеся, они понимают друг друга, одновременно осознавая и всю нелепость такого восприятия. Отсюда возникает бурное веселье. "Вот, когда ты не сильно пьян, так хочется и разговаривать, и песни петь, и работать, все что можно делать, буквально все. Прямо ой-ё-ёй. Как летать, -говорит Н. Етнеут из камчатского поселка Палана. - Все идет к песне. Разговаривать... прямо невозможно удержать народ. Много, быстро говорят, слова выскакивают".
Исполнение песен может происходить довольно продолжительное время, "и без конца они могут, полдня петь эти песни". Собиранием "мухоморных" песен у коряков, чукчей и других народов Севера занимался И. А. Бродский. Трансовый танец

39
Традиционный северный танец в исполнении чукотско-эскимосского ансамбля "Эргырон" ("Рассвет"). Фото из архива ОИП "Мезосознание α"

40
Движения во время припадка истерии. Из книги Рише "Etudes cliniques sur la grande hysteric , изданной в Париже в /885г.

41
Трансовый тпанеи с духами. Старинная гравюра

"Едва слышно раздаются тихие звуки ипровизированной песни, которая начинает постепенно звучать и громко, и дико, - пишет Г. Фреймарк в исследовании по истории культуры и психологии. -Наконец, опьяненные грибом и безумной песней они (коряки) вскакивают и начинают извиваться в бешенной пляске". Как правило, танцевать начинает кто-нибудь один, а потом к нему подключаются другие опьяненные мухомором. Трансовый танец отличается от обычных танцев народов Севера сериями совершенно невообразимых и нетипичных поз, которые остаются характерными для каждого из исполнителей и имеют тенденцию к повторению при последующем приеме гриба в иное время. Так же можно выделить эротизм, присущий таким танцам. Несмотря на то, что женщины, как правило, не употребляли на праздник мухоморов, они вели себя подобно мужчинам, то есть пели и плясали "до упаду". "Пляска, которую мне случилось видеть, происходила таким образом: две бабы, которым плясать надлежало, послали на полу посреди юрты рогожку и стали одна против другой на коленях, и сперва начали поводить плечами и взмахивать руками припевая в такту тихим голосом, потом час от часу болыиия телодвижения представляли и громче пели, и по тех пор не перестали, пока из голосу вышли, и из силы выбелись, - описывает С. П. Крашенинников женские танцы на "мухоморных" пирах, а потом отмечает свое отношение к увиденному. - Мне показалось оное действие странным, диким и противным, но камчадалы смотрели с крайним любопытством". Во время танцев и последующих действий происходила естественная разрядка накопившегося психического напряжения, вызванного условиями изоляции, холодом, недостаточностью солнечного света, цветовым голоданием, пищевым однообразием и другими факторами. Все эти симптомы входят в понятие северной или арктической истерии, поражающей, как мы уже отмечали, преимущественно лиц женского пола. С. Н. Стебницкий отмечал, что шаманство вообще выросло на почве целого ряда нервных заболеваний и повышенной нервной возбудимости, присущей многим народам Севера. Однако, мы не будем делать таких обобщений. Ряд современных исследователей шаманизма, например М. Элиаде, справедливо опровергли эту точку зрения. Тем не менее, в деле опьянения мухомором на праздниках, искусственное вызывание невротического приступа (истерии и других видов невроза) видится очевидным. Невроз (истерия) накладывается на реальную интоксикацию грибом. Для этого заболевания характерны следующие симптомы, наблюдаемые и при употреблении мухомора северными народами: прилив физической силы без проявления признаков усталости значительное время, быстрые смены настроения от радости к скорби, частичная анестезия (парез) кожи и мышц, выполнение сложных акробатических трюков, кривляние и театральность поведения, гиперкинез (дрожание тела), сумеречное состояние сознания, склонность к обнажению тела и вызывающий эротизм, повторяемость раз установившихся движений и сюжетных линий, амнезия, навязчивые состояния, галлюцинации и бред. Детальное изложение разнообразия проявления невротического синдрома не входит в нашу задачу, тем более, что далеко не все они присутствуют при интоксикациях мухомором, а некоторые признаки при применении галлюциногенного гриба не вписываются в клиническую картину невроза. От мужчин опьянение передавалось женщинам по подражательному принципу с полным сохранением всех особенностей. Тот же самый принцип имел место при известных вспышках эпидемии истерии в Европе в Морцине (1861 г.) и Ферцегнисе (1878 г.). В каждом из случаев дело сводилось к девушке, у которой были припадки. Сначала они возникали без посторонних, а затем в то время, когда девушка находилась среди сверстниц. "Вид припадков был настолько заразителен для этих предрасположенных субъектов, что очень скоро некоторые из них тоже заболели, - повествует доктор Аеманн, директор психофизической лаборатории в Копенгагене. - Стали говорить, что дело нечисто и что в этом замешано колдовство и беснование. Вмешались священники, начавшие исцелять припадочных с помощью торжественных обрядов, предписываемых католической церковью, но это нисколько не помогало. Дело шло все хуже и хуже, число заболевших становилось все больше, пока власти не удалили больных и полиция, отстранивши священников, не приняла деятельных мер для успокоения населения".
Современники, употребляющие мухомор, сообщают, что при единоличном приеме малых доз мухомора, без присутствия посторонних, часто возникает желание снять с себя одежду, чтобы почувствовать свою принадлежность к прекрасному миру, в котором тело, вне зависимости от физических недостатков, так же выглядит красивым и естественным. Хочется петь и танцевать, находясь "внутри космических потоков". В отдельных случаях возникает конкретное сексуальное возбуждение. Один информатор, отбывавший срок заключения в Магаданской области, как-то раз стал свидетелем снятия такого состояния: "Захожу я в дом, а там, эта, она, жена хозяина узкоглазая суп варит, меня не видит. Достала большой хрящ на кости, подол задрала, и туда... Тут скрипнуло что ли что-то, она живо хрящ-то достала, и в котел. О-ох! Потом суп к обеду подает, а не знает никто, едят".

Во время принятия мухомора современными городскими жителями в компании, особенно когда кто-то грибы не ест, сексуальное возбуждение, как правило, подавляется и ограничивается танцами босиком, скромными актами эксгибиционизма и кривляния. При больших дозах такого контроля со стороны разума может и не быть. Опишу случай из своей практики употребления галлюциногенов, который, однако, основывается на словах очевидцев, поскольку сам я не помню, что со мной происходило. Сообщают, что я пришел домой, еле держась на ногах, и не воспринимал реального мира. Раздевшись до гола, я облачился в пиджак, водрузил на голову меховую шапку-ушанку, завязав под подборотком тесемки, и в таком виде отправился на улицу. Сев на ступеньки, я закурил, как ни в чем не бывало, а потом вернулся домой. Сняв пиджак и оставив шапку, я натянул белые брюки, застегнул ширинку и... обмочился прямо в коридоре в полуметре от туалета. Не придав этому значения, я свернулся на коврике перед дверью и заснул беспробудным сном.

В. Г. Богораз в романе о древней жизни народов Крайнего северо-востока Азии "Восемь племен" описывает следующий случай из жизни мухомороеда: "Огромный старик, с красным лицом и волосами, подернутыми сединой, топтался перед очагом шатра, потряхивая головой и нелепо вывертывая бедра. Мухоморы заставили вообразить себя молодой девушкой, и теперь ему казалось, что он пляшет обрядовый танец перед толпой восхищенных зрителей". Эскимосские девушки и женщины, исполнявшие ритуальные танцы саялг'ит на празднике в честь добычи кита, обнажались до пояса. Историк Т. С. Теин отмечает, что на них были только трусы (к'улъ-тат) из шкуры нерпы и множество бус, надетых поверх левого плеча и проходящих под правой рукой. В некоторых случаях эскимосская женщина танцевала вообще без одежды. То же самое можно сказать и о чукчанках, и о ительменках, особенно на шумных праздниках, где поедались мухоморы.

Танцы могли продолжаться пока не наступало полное изнеможение. В круг танцующих то и дело заходили новые участники, занимая место выбывших. "Сколь дики помянутые пляски, столь страшен крик притом происходящий, однако они столько от того забавы имеют, что ежели плясать начнут, то по тех пор не перестанут, пока не запышаться и не обезсилеют, -замечает С. П. Крашенинников. -Великая честь тому, кто всех перепляшет. Иногда они безпрестанно пляшут часов по 12 и по 15 с вечера до самого утра, и ни один в юрте не остается, кто бы не пожелал тем забавляться: самые дряхлые старики не жалеют терять притом последней силы".

Праздники подобного типа есть на Камчатке и сейчас, правда в реконструированном виде. У коряков это Хололо, отмечаемый в поселке Лесная, а у ительменов - Алхала-лалай, проводимый в Ковране.

42
Камчадальская девушка. Фрагмент этнографического рисунка середины XVIII века.

Программируемость и влияние музыки
М. Добкин де Риос и Ф. Кац, исследуя стадии наркотического опьянения, пришли к выводу, что поспешный подход, приводящий по сути к неосознанному приему галлюциногенов, опасен для человека. Последствия могут выражаться в тошноте, рвоте, тахикардии, повышенном давлении, расстройстве желудка. Если же употребление идет согласно установленной традиции, то есть с длительной подготовкой, ожиданием и умеренностью, то этого, как правило, не происходит. Известная истина гласит, что для усиления или даже вызывания состояния опьянения иногда достаточно лишь одного представления требуемых результатов. Другими словами, можно испытать ИСС от одного гриба при соответствующей настройке, а можно отравиться десятком без достижения такового.

43
Танец шамана с девушками-мухоморами. Рисунок ОДиксона.

Самовнушение играет важную роль в шаманских техниках экстаза вообще и при употреблении мухомора в частности. Многие исследователи, такие как Пероне, Шренк-Нотцинг и другие, еще в XIX веке доказали на опытах, что наркотизированный так же легко поддается внушению, как и загипнотизированный. В определенных моментах человек, находящийся под влиянием малой дозы галлюциногенного вещества, может быть переведен в более глубокую фазу. Так же возможно направить его переживания в необходимое русло. "Поэтому если человек при напряженном ожидании, что с ним случится что-нибудь определенное, дает себя за-наркотизировать, то под влиянием самовнушения он увидит в галлюцинациях все, что ожидает, - делает вывод психофизик Аеманн. - В этом отношении наркоз и транс действуют одинаково: человек в них испытывает все то, чего пожелает. По этой причине ведьмам грезились дикие оргии и половой разврат; ученый магик, под влиянием одуряющих курений, получает власть над небесными духами и демонами, которые являются к нему и исполняют его приказания; отравленный алкоголем и табаком шаман и теперь вступает в сообщение с духами, которые дают ему ответы на все предлагаемые им вопросы" [106, с. 374].
Именно поэтому европеец, поедая мухоморы, бывает разочарован. У него нет культуры потребления этих грибов и, вследствии этого, нет шаманских переживаний, которые имеют место быть у северных народов. Конечно, играют роль и объективные психотропные качества мухомора, но они являются лишь фоновыми. Известно, что иботеновая кислота, мусцимол и мускарин, считающиеся основными психоактивными веществами мухомора, вызывают симптомы, отличающиеся от таковых при поедании самого гриба [34].

Чтобы лучше разобраться в этом вопросе стоит привести некоторые данные из области психиатрии. Например, первичный приступ истерии может быть вызван случайным происшествием, которое становится решающим для возникновения всех симптомов в дальнейшем. Не случайно Сиденгам еще в XVII веке говорил, что истерия "подражает всем болезням". Само невротическое состояние -это лишь фон для самых разнообразных проявлений. Французский психолог П. Жанэ в "Pautomatisme pshy-chologique" (1889 г.) описал один случай в своей практике, наглядно показывающий как некое представление переходит в галлюцинацию у больных истерией. Как-то раз он пришел к своей пациентке по имени Люси и предложил ей провести опыты. Последняя отказалась. Тогда П. Жанэ попросил рассказать ему сказку про Али-Бабу. В начале Люси постоянно сбивалась, но вскоре ее речь стала гладкой, убедительной. Она в красках описывала сцены, не обращая внимания на врача. Вдруг она громко вскрикнула и, указывая глазами на угол комнаты, прошептала: "Вот они, разбойники - в больших мешках". Она прекратила рассказ и стала наблюдать за тем, что происходит, время от времени вставляя свои комментарии к увиденному. В завершении, П. Жанэ делает вывод: "Наши мысли, здоровых людей, холодны и бледны, тогда как у них они полны красок и жизни, и образы всегда переходят в галлюцинации". В нашем случае мы можем отметить, что при приеме мухомора даже в небольших дозах мышление становится более объемным для самого экспериментатора, и более узким, односторонним для наблюдателя. В этом состоянии слова как бы приобретают форму, а реальная обстановка и все происходящее вокруг воспринимается и оценивается сквозь призму захватывающих переживаний и представлений. Так проходит работа хантыйского сказителя, ночи на пролет поющего былины. Слова провоцируют возникновение образов, а затем сказитель вновь переводит их в устную форму.

44
Глиняный свисток (справа) в виде человека-мухомора.

Во время проведения праздников и игрищ, танцы, пение и музыка являются направляющими элементами. При этом на качество видений влияют и окружающая обстановка, и действия самого организатора торжества. М. Добкин де Риос пишет:

"Шаман-проводник создает так, как это может сделать только театральный режиссер, музыкальный орнамент, внутренняя структура которого посредством указателей и шлагбаумов помогает участнику выбрать направление его видений на фоне действительных ощущений. В отсутствии такой режиссуры участник был бы дезориентирован изменениями, которые происходят в структуре его собственного "Я", тревогой, страхом и телесным дискомфортом, вызванными действием галлюциногена".

Современные экспериментаторы с галлюциногенами сообщают, что музыка помогает расслабиться и войти в "нужное" состояние, особенно если это необычная музыка. Вот одно из воспоминаний подобного рода:

m186bf81a
Мухоморы-музыканты с бубном и кому сом. Рисунок ОДиксона.

"Было это в середине 80-х годов. Ко мне знакомый зашел. Я в тот момент находился под парами бензола (распространенный в то время ароматический углеводород, входящий в состав клея "Момент", пятновыводителя "Домал" и других продуктов химии - О. Д.). Он сел на кресло и принялся что-то наигрывать на гитаре. Я сделал несколько вдохов и увидел красное существо, джина. Его тело постоянно меняло очертания, как будто было сделано из огня. Джин подошел к моему знакомому, взял у него гитару, начал играть. Я никогда ничего подобного не слышал. Его пальцы бегали по грифу, извлекая то звуки органа, то целого симфонического оркестра. Сама музыка, казалось, имела плотность и цвет. Она закружилась и оторвала меня от земли. Я начал танцевать под нее и ощутил себя частью музыки. Внезапно, действие бензола закончилось и я увидел своего приятеля, все так же сидящего в кресле и выдавливающего из гитары жуткие звуки. Его игра и он сам показались мне настолько неприятными, что я попросил его уйти. После этого отношения с ним вообще изменились. Я как будто увидел его в новом свете, где он был совершенно безобразен. Вскоре я порвал с ним всяческий контакт, а он, судя по слухам, попал в тюрьму".

Как известно, звук некоторых музыкальных инструментов, таких как хомус, поющий лук, бубен, моринхур, топшуур, чатхан и др. может спровоцировать возникновение ИСС и без использования дополнительных средств. "Когда я играю на игиле (струнный смычковый инструмент - О. Д.) и пою горловые песни, то погружаюсь внутрь самого себя, не замечаю, что происходит вокруг", - делится своими переживаниями тувинский шаман Н. М. Ооржак. Исследователь религии народов угорской языковой группы К. Ф. Карьялайнен приходит к выводу, что музыка является важной частью грибного ритуала васюганов. При приеме галлюциногенов она существенно усиливает состояние опьянения, влияет на возникновение видений и их характер.

ГЛАВА VIII

ВИДЕНЬЕ И СЛЫШАНЬЕ МИРА ДУХОВ. ВТОРАЯ СТАДИЯ ОПЬЯНЕНИЯ

Анимизм

46
Обращение к Солнцу. Рисунок И.Паршина.

Вторая стадия опьянения мухомором может наступить в любой момент прохождения первой или даже через некоторое время после употребления гриба, без песен и танцев. По В. Г. Богоразу, во второй стадии опьянения человек слышит странные голоса, приказывающие ему совершить более или менее несообразные поступки, и разговаривает с духами-мухоморами. "Представьте себе человека, одурманенного мухомором, - пишет В. Г. Богораз. - Он находится в таком состоянии, что может еще осмысленно разговаривать с окружающими. Но вот он неожиданно бросается в сторону, падает на колени и восклицает: "О холмы, как вы поживаете, будьте здоровы". Затем вскакивает и, глядя на полную луну, спрашивает: "Луна, почему ты так быстро убываешь?" В ответ получает от духа приказ сделать один неприличный жест. Исполнив это, он внезапно приходит в нормальное состояние и смеется над своими глупыми действиями". Другой классический автор, С. П. Крашенинников, в своей книге "Описание земли Камчатки" (1755 г.) рассказывает об одном местном жителе, которому привиделось, что он находится в аду перед огненной пропастью. Тогда он, по приказу мухомора, упал на колени и стал исповедываться в своих грехах, которые смог вспомнить. "Товарищи его, которых в ясашной избе, где пьяной приносил покаяние, было весьма много, слушали того с великим удовольствием; а ему казалось, что он в тайне перед богом кается о грехах своих. По сей притчине подвержен он был нарочитому посмеянию, ибо между тем сказывал то, о чем не всякому знать надлежало".

Употребляющие мухомор и другие растительные галлюциногены говорят о том, что во время опьянения возникает устойчивое убеждение, что весь мир является огромным живым организмом, а человек в нем - его часть, соединенная со всей тканью творения. При этом он может общаться с другими частями - камнями, растениями, животными и даже со своим собственным пальцем на руке, как с одушевленными предметами, способными понимать и отвечать. Он может воскликнуть в восторге: "О, горы, как вы прекрасны! О, голубое бездонное небо! О, Земля, ты чудесна!". Надо полагать, что эти слова, произносимые сейчас под воздействием мухомора, семян дурмана, псилоцибиновых грибов, и есть та самая древняя молитва силам природы, с которой человек обращался к миру еще тысячи лет назад в эпоху каменного века. Мир не оставался безучастным к своему творению (или части себя?) и сообщал шаману, что нужно сделать, чтобы получить благославление. Обычный же человек ощущал себя причастным к великому таинству жизни. С утратой ани-мических представлений среди широких кругов следует связать возникновение стыда после такого общения.

На Чукотке по сей день пророчества, сделанные в "мухомор-ном" трансе считаются более "жизненными" и правильными, чем политические новости по телевизору. Этнолог А. Головнев приводит одно из них, записанное в 1998 году в стойбище чукчей-оленеводов верховья Пегтымеля:

"Ой-ё-ёй, учатся чукчи! Доучатся наши чукчи, что будут одни бумаги, а оленей не будет!" "Ой-ё-ёй, олени! Что-то олени, кажется, пропадают! А где же люди? Вместо оленей продукты, ой, как много продуктов! Это за оленей дали! О-ого, теперь ни продуктов, ни оленей! Совсем оленей мало осталось!"

"Ой, на сопках много балков построили! Ой, в них много людей! Ой, они пустеют, люди куда-то подевались! Конец света скоро наступит! Кто успеет, спасется на сопке Тиркиней (Солнечная гора), от них пойдет новая жизнь!".

Не стоит думать, что все пророчества имеют такую наивную окраску. Есть свидетельства из разряда феноменологических, которые в обиходе называются ясновиденьем. Мы не будем здесь взвешивать "за" и "против" такой формулировки, а сошлемся на рассказ молодой чуванки из чукотского поселка Маркове, записанный Е. П. Батьяновой. Как-то раз, в мае, во время таянья снега, один старик, приходящийся мужем тетки рассказчицы, уехал с комиссией в поселок и долго не возвращался. На второй день его жена решила узнать, что с ним произошло. Для этого она взяла шесть маленьких мухоморов, со шляпкой и ножкой, завернула их в хлеб и проглотила. Через некоторое время она стала петь песни, а потом попросила сварить чай. Выглядела она при этом не пьяной, а только немного другой. Когда сели пить чай, она внезапно говорит: "Бедный дедушка... один левый-то [олень]... упал (место какое-то назвала)... а теперь правый [олень] сзади, завязанный за нарты. Дед сам тащит нарту. По пояс в снегу... Ну что, к утру подойдет..." На следующее утро собака залаяла. Вышли посмотреть и увидели, что старик вернулся - за собой нарту тянет, а олень, бывший правым в упряжке, сзади привязан. После расспросов выяснилось, что по дороге левый олень упал и остался лежать.

Подобные феномены известны и при употреблении иных наркотических средств. На память приходит случай, свидетелем которому был сам. Молодой человек С. Г. сел играть в карты, надышавшись парами бензола. Раздали один кон - он выиграл, второй... последующие - с тем же результатом. Присутствующие стали удивляться, а С. Г. засмеялся и говорит: "Я ведь все карты вижу". В начале ему не поверили, стали выяснять, показывая карты рубашкой в его сторону. Без всякого напряжения он называл и масть, и достоинство любой из предложенных карт, ни разу не ошибившись. Через некоторое время это состояние прошло и больше уже никогда не возвращалось при использовании С. Г. бензола.

О чем-то похожем рассказывают пробовавшие гашиш. Они говорят, что гашиш - это настоящий Протей, имеющий тысячи разнообразных форм. При небольших дозах возникает радость, ощущение легкости в теле, потеря представлений о времени и пространстве, как и при употреблении мухомора. Некоторые утверждают, что в эти моменты их взор проникает сквозь толщу стен и они "читают" самые сокровенные мысли соседей. Один молодой человек так отозвался об этом наркотике: "Ах, если бы вы знали, о чем я думаю и что я ощущаю! Стоит ученому принять немного гашишу и он в один миг постигнет то, чего не мог найти во время всей своей многолетней ученой деятельности"

Изменение размеров: карлики и великаны

Многими исследователями было отмечено, что при употреблении мухомора возникает эффект, при котором окружающие предметы, обычно, находящиеся вблизи, кажутся либо очень большими - мак-роскопия, либо очень маленькими - микроскопия (старые авторы, по неизвестным причинам, описывают только первый случай - макро-скопию). Иногда метаморфозам подвергается и тело самого экспериментатора. При этом могут увеличиваться или уменьшаться как отдельные члены - руки, ноги, шея, голова, так и все тело полностью.

"И представляются им различные приведения страшныя или весе-лыя, по разности темпераментов: чего ради иные пляшут, иные скачут и в великом ужасе находятся, иным скважины большими дверьми, и ложка воды морем кажется", - описывает С. П. Крашенинников симптомы второй стадии опьянения мухомором. В. Г. Богораз добавляет: "Все предметы кажутся ему в увеличенном виде. Так, например, когда он входит в помещение и намеревается переступить через порог, то чрезвычайно высоко поднимает ноги. Ручка ножа кажется ему такой большой, что он хватает ее обеими руками". Интересно отметить один факт, что если не делать больших шагов при переходе через порог в состоянии наркотического опьянения, то неизбежно последует падение. Один информатор приводил случай, когда он, находясь под воздействием семян дурмана, никак не мог обогнуть угол стены, не задев ее телом. Что бы этого не происходило, он нарочито огибал его, держась на значительном расстоянии. Такие явления находят отражение в песнях в честь духов-мухоморов:

Насмешливое племя мухоморов, -Они ходят по извилистым путям. Они водят старого пьяницу; Водя, обманывают на каждом шагу. На ровном месте вырастают горы, На отвесном обрыве - гладкая дорога, Игла кажется копьем, Костяной наперсток - панцирем, Малое - большим. Ясное. - темным.

Насмешливое, племя мухоморов, Водя, пугает на каждом шагу; Полный месяц корчит рожи, Громкие голоса требуют поклонов, Гибкие лозы хлещут в лицо, Шиповник царапается, как женщина, Колючие шишки попадают в обувь... Ах, ах, ах! .

В главе о родственных силах мы уже рассматривали "мухомор-ный" сон шаманки Дэлги, который можно назвать типичным шаманским путешествием, хотя практикующая и не использовала для достижения экстаза сам гриб. Вот с чего началось ее погружение:

"Я посмотрела вокруг. В комнате все было полупрозрачным и туманным. Летая туда-сюда, я обнаружила где-то в пространстве щель. Подлетела поближе. Пытаясь раздвинуть ее края, я увидела, что стенки щели похожи на слизистую оболочку (в других опытах Дэлги проход в иной мир выглядел как вагина - О. Д.). Я просунула в щель руки, и она втянула меня с головой. Было темно, склизко и очень узко. Я попыталась ползти, впиваясь в стенки пальцами (очевидно, повторение шока, испытанного во время рождения - О. Д.). Потом я решила не держаться за стенки и понеслась вниз. Проход обволакивал меня. С трудом я, как какашка, плюхнулась вниз. Так я попала в другой тоннель: он был похож на земляную пещеру. Я летела по лабиринтам. В одном из проходов увидела точку света. Точка становилась все ярче и больше. Она надвигалась на меня (или я на нее) пока я не оказалась снаружи... Первое, что я увидела - это лес из грибов и травы: грибы похожие на горы, а трава - на деревья. Я положила свою руку на ствол гриба (именно так - О. Д.) и посмотрела на нее, а потом вверх. Моя рука была очень маленькой, лилипутской. Я не знала какого я пола, да и думать об этом было некогда. Гриб был огромный, похож на белый. По шляпке ползла сороконожка или гусеница. Я хотела посмотреть: только ли из белых этот лес, но белый был один, у входа, из которого я вышла. Остальные были мухоморы".

47
Алиса и Синяя Гусеница курящая кальян. Иллюстрация к сказке Л.Кэрролла Г.Калиновского

Далее, как мы знаем, Дэлги постоянно меняла свой размер от карлика до великана с дубиной и даже в три шага обогнула земной шар. Ее переживания, моментами, очень напоминают известную сказку А. Кэрролла об Алисе, попавшей в Страну Чудес. Алиса проникает в иной мир через кроличью нору и падает на кучу валежника и сухих листьев. В ходе приключений Алиса видит огромный гриб, почти с нее ростом, и Синюю Гусеницу на нем, курящую кальян. Девочка сетует на то, что у нее слишком маленький рост, и Синяя Гусеница дает совет: "Откусишь с одной стороны (гриба) -подрастешь, с другой - уменьшишься". В "Приключениях Алисы под землей Гусеница дает более определенный ответ, говоря что она вырастет, если откусит от шляпки, и уменьшится, если откусит от ножки. Этому интереснейшему сопоставлению шаманского опыта с современными городскими сказками посвящено много работ, например очерк Симурга "Слово о Винни Пухе". "Вообще в веселое мухоморное время шаманы любят подшутить над простым смертным, - пишет С. Н. Стебницкий, разбирая фольклор коряков. - Шутки ради шаман может посадить собеседника в курительную трубку, в чайную ложку, разрезать на кусочки и вновь собрать в целое. Шаман может устроить так, что под влиянием непреодолимой потребности человек доверху наполнит свои штаны зловонной массой, и, лишь когда он начнет задыхаться от собственной оплошности, шаман прекратит шутку, и обескураженный собеседник увидит, что ничего неподобающего и не бывало".
Эффект микро- и макроскопии присутствует и при приеме иных галлюциногенов. Под воздействием испарений бензола человек может почувствовать себя гигантом, крушащим дома и другие строения кулаками. Мескалин, алкалоид кактуса пейота, визуально раздвигает пространство до огромных размеров. Вот что писал о своих мескалиновых переживаниях А. Левин в 1964 году:

"Мои представления о пространстве были слишком нереальными. Я мог видеть себя с головы до ног также хорошо, как и диван, на котором лежал. Все остальное пространство было полностью пустым, в нем не было ничего. Я был на необитаемом острове, парящем в эфире. Ни одна часть моего тела не подчинялась законам тяготения. С другой стороны, комната казалась необъятных размеров, и чрезвычайно фантастические фигуры появлялись перед глазами. Все это было возбуждающим, призрачным и хрупким, и производило впечатление безмерного чуда. Я видел бесконечные пассажи с арками, украшенными прелестными арабесками, гротескные декорации, видения, нечеткие и ускользающие в своей фантастической красоте. Эти видения непрерывно менялись в волнах и облаках, возникали, разрушались и появлялись снова в иных вариациях, то на плоскости, то в трех измерениях, наконец исчезая в неопределенности. Диван-остров исчез; я не ощущал себя, появилось всепоглощающее чувство растворения, я разросся до гигантских размеров, большие предметы казались ничтожно малыми по сравнению со мной. Я перестал ощущать присутствие окружающего мира, проблемы существования меня не волновали. Я дематериализовался".

Микро- и макроскопия имели место и на всевозможных "психологических" сеансах, широко распространенных в начале XX века. М. Ш. Лонг, собирая данные о полинезийском шаманизме, упоминает, что кахуны (шаманы) верили, что призрачное тело вещи, человека или животного может растягиваться или сокращаться. Автор приводит несколько случаев "материализации" духов на таких сеансах. В одном из них, некто мисс Биссон увидела обнаженную девушку ростом не выше 20 сантиметров. Позже она стала появляться регулярно, меняя прическу. Девушка танцевала и выполняла различные гимнастические упражнения, а иногда устраивалась на протянутой к ней ладони. В следующем примере контактером овладел дух по имени Нан, после чего в чашках с водой появились очень красивые человеческие головы величиной с грецкий орех.

Конечно, можно по-разному относиться к медиумизму и спиритизму, но в нашем исследовании не столь важно как проходили подобные "материализации", главное - это связанные с микро- и макроскопией представления, которые, почти без изменений, устойчиво присутствуют в фольклоре многих народов мира. Таинственных карликов, живущих где-то под землей, в лесах или в горах, называют по разному: гномы, эльфы, феи, чахкли, сииртя, шверки, чудь, люльветланы и т. д.

48
"Маленький народец пляшущий ночью у мухомора." Старинная гравюра.

Нет смысла перечислять дальше. Обычно, их описывают как любопытных, незлобливых, веселых человечков, которые, тем не менее, могут жестоко наказать обидчика. Народы Севера строят в их честь миниатюрные жилища, нарты, что рассматривается как оберег для всей семьи. Вплоть до недавнего времени в сельских районах Европы для фей на ночь выставляли перед дверью дома молоко в блюдечке. Остяки (ханты) в XVIII веке верили, что эти существа были помощниками шаманов, и где-то на Севере, среди их народа, живет главный дух и учитель всех шаманов. Аналогичные взгляды бытуют на Чукотке о карликовом народе люльветланах. В. Г. Христофоров так описывает встречу с ними во время шаманского погружения:
"Возникло ощущение приближающегося вихря, сопровождаемого сухим электрическим пощелкиванием. Меня вдруг подхватило и неумолимо повлекло к белесой рассеянной оболочке летящей спирали. Раздался еле слышный хлопок, и я плавно скользнул по лучу-дорож ке, исходящему из слепящего пятна в черном небе. Этим пятном оказалась Полярная звезда... Пространство вокруг слоисто колыхалось, скручивалось в восходящие потоки тончайших прерывистых нитей. Словно через толщу огромного аквариума проступали тени неясных видений. Я не сразу осознал, что этот эффект рождается благодаря многомерности моего зрительного восприятия окружающего мира. Этот всепроникающий взгляд не известен земной природе человека. Я оказался одновременно как бы сразу всюду и во всем. И нужно было немалое усилие, чтобы сосредоточиться на чем-то одном. Этим видением был костерок на берегу озера и сидящие вокруг люди. Я удержал эту картинку и разглядел ее в самых мельчайших подробностях. Люди сидели вокруг большого котла и вдыхали клубящийся над ним пар (по поверью, люльветланы питаются запахом от готовящейся пищи - О. Д.). На них были вязанные одежды, похожие на средневековые кольчуги. Черты лиц были вполне человеческие, но более крупные в соотношении с головами. Они мирно расположились под кроной раскидистого древа. Однако истинные пропорции этой сценки помогла восстановить сосна на песчаном изгибе соседней возвышенности. Ее гигантский ствол уходил далеко ввысь. Я увидел раскиданные вокруг сосновые иголки размером с обычное чукотское копье, шишки величиной с бочку, лоскуты прозрачной коричневой пленки, отслоившейся от древесной коры. Я понял, что вокруг костра сидели крошечные люльветланы, и я сам как бы стал одного с ними роста".

По легендам, с наступлением людей маленькие человечки спрятались: "чудь под землю ушла". Только шаманы остались способны общаться с ними и получать знания. Другая разновидность потусторонних существ - великаны - часто рассматривалась в качестве владык небесных миров, подземелий и морских глубин. В чукотском и эскимосском фольклоре великаны помогают попавшим в беду людям, получая от них подношения, а иногда и бескорыстно. И у гномов, и у великанов явно прослеживаются общие корни, или даже один корень. Вполне вероятно, его основу составляет потребление галлюциногенных веществ, вызывающих эффект микро- и макроскопии. Здесь можно особо отметить, что локализация мифов о карликах и великанах совпадает с границами культур, употреблявших наркотики для достижения связи с миром духов. Этот вопрос требует отдельного и глубокого изучения.

Явление духов-мухоморов и превращение в гриб

Приход духов-мухоморов является центральным моментом, определяющим вторую фазу опьянения. Человек на этой стадии попадает в мир грибов, где те показывают себя, говорят, танцуют, кривляются и т. д. Они сообщают, что нужно делать, а чего нельзя. Духи-мухоморы требуют почтения к себе и к окружающей природе: холмам, горам, реке, месяцу и т. д. В случае невыполнения этого они грозят смертью.

"Сие примечания достойно, что все, кои мухомор едали, единогласно утверждают, что какия они сумозбродства тогда ни делают, все делают по приказу мухоморову, который им повелевает невидимо, - пишет С. П. Крашенинников о камчадалах. - Но все действия им столь вредны, что есть ли бы за ними не было присмотру то бы редкой оставался в живе".

49
"Астральные божества". Наскальные изображения.

Ч аще всего духи-мухоморы появляются как бы ни от куда, но могут выпрыгнуть прямо изо рта их употребившего, когда не хотят общения. Особенно это касается тех лиц, которым вообще не положено по "кодексу" есть галлюциногенные грибы. "Вот, например, целый съешь. Пожуешь хорошенько. Все съел. Через несколько минут выскочит оттуда целый, какой был. И больше чтобы ты его не трогал. Больше, чтобы ты не ел. Будешь есть - сдохнешь", - наставляют коряки. По описаниям тех, кто непосредственно был участником поедания этих грибов, духи-мухоморы не имеют ничего общего с "мухоморными" девушками. Их тела имеют цилиндрическую форму без шеи и ног. Вообще они похожи на обрубки, быстро вращающиеся при перемещении. Один информатор, практикующий шаман, заявил, что духи-мухоморы выглядят как извивающиеся болты или дюпеля зеленого цвета (зеленый цвет является обратным к красному, и наоборот). Обычно их бывает много (из этнографических данных - по числу съеденных грибов), они обступают человека со всех сторон и уводят за собой. Эти духи охраняют закон сна, согласно которому человек на земле является сновиденческой тенью спящего во сне, подобно тому, как видения во сне есть образы спящего наяву.
При попадении в мир мухоморов человек сам начинает отождествлять себя с грибом помимо воли. В. Г. Богораз говорит о стремлении подражать духам-мухоморам, но это не совсем так. Скорее, это обуславливается особым воздействием алкалоидов мухомора, которые проявляют себя в ощущении распирания головы. Человеку начинает казаться, что его голова стала подобна шляпке гриба, а тело - ножке. Такое положение отражено на некоторых петроглифах Пегтымеля, а так же на изображениях, называемых "астральными божествами". "Бывали случаи, - отмечает В Г. Богораз, - что одурманенный внезапно схватывал небольшой узкий мешок и изо всех сил пытался натянуть его на свою голову и прорвать головой днище мешка, подражая, очевидно, мухомору, который своим ростом разрывает земную поверхность. Один пьяный мухомором ходил кругом со втянутой шеей и уверял каждого, что он не имеет головы; он становился на колени и быстро двигался, размахивая руками".

50
Солнечноголовый человек (наскальное изображение, Казахстан) и человек-гриб (прикамская бронзовая фигурка, Гляденовское кострище)

А кт превращения в мухомор, подчас, сопровождается разрыванием на себе одежды, как при истерическом припадке. И. Н. (1969 г. р., г. Москва) поведала: "Я просто задыхалась в свитере. Зайдя в ванную, я быстро содрала с себя все и ощутила, как пространство обволокло меня с ног до головы. Помимо воли я закружилась. Возникла тяжесть и пульсация в голове и ощущение юбочки, что ли, на бедрах. Почему-то вспомнился мультфильм про хоккеистов с круглыми носами, там три девочки как из подо льда выскакивают в юбочках коротких". Некоторые другие опыты общения с мухомором подтверждают сексуальную окраску переживаемых состояний. В нижеприведенном случае было съедено три сухих гриба, предварительно разжеванных присутствующей девушкой:

51
Грибной шаман. Рисунок по мотивам современной графики из работы П.Стэйметса "Грибы и люди".

"Я вскочил и, ухватившись за лахтачий ремень, стал носиться по кругу, как сумасшедший. При этом я умудрился стянуть с себя брюки и засунуть трусы между ягодиц, а-ля "танго". Вероятно, этого мне показалось мало, так как я напялил на свою голову малахай, снял трусы вовсе и, потрясая мужским достоинством, выбежал наружу, крича, что мне нужно пробить головой землю и вылезти. Понадобились усилия нескольких мужчин, чтобы изловить меня и затащить обратно в яянгу. Я неистовствовал, кусался и вопил, что все они лишают меня жизни и теперь я обречен никогда не увидеть белый свет. Полностью выбившись из сил, я затих в углу полога и заснул". Согласно представлениям палеоазиатов, дух-мухомор, не имеющий пары (употреблялось нечетное количество грибов) берет шамана за руку и уводит его в свой мир. Полное погружение в иную реальность окончательно отключает человека от действительности. Опьянение переходит в завершающую фазу.

ГЛАВА IX

ШАМАНСКОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ. ТРЕТЬЯ СТАДИЯ ОПЬЯНЕНИЯ

Неконтролируемые действия

Разбирая стадии опьянения мухомором всегда нужно учитывать их условность. Описываемые симптомы могут возникать не последовательно, а налагаться друг на друга. В. Г. Богораз замечает, что часто даже все три стадии проявляются вместе. Особенно это бывает у пожилых людей и тех, кто употребляет мухомор постоянно. Так же очередность проявления тех или иных состояний может быть нарушена искусственно, например, если человек сразу после приема грибов ляжет спать. Так поступали чукотские и корякские шаманы. При этом мухомор оказывает более сильное действие и через короткое время. В этом случае человек, минуя предварительные фазы, пробуждается в крайнем возбуждении и может начать вещать от лица духов. О таком состоянии поется в одной из корякских ритуальных песен:

Я мухомор поела,

чтобы хорошо все жили.

Хорошенько приду в себя, просыпаюсь,

прихожу в себя.

Просыпаюсь, чтобы в селении

никто не болел, хорошо жили.

Мухомор поела для жизни.

Тот же прием использовался и хантыйскими шаманами. М. Добкин де Риос приводит следующее описание шаманского камлания исылта-ку:

"Чум наполнялся дымом от тлеющей смолистой коры дерева. Шаман целый день ничего не ел, затем съедал натощак от трех до семи шляпок мухомора и засыпал. После чего он просыпался, чтобы рассказать о том, что открыл ему дух через своих посланников. При этом он выкрикивал слова, ходил взад-вперед и дрожал всем телом, находясь в сильном возбуждении. Грибной дух сообщал ему о том, какого из духов нужно было умилостивить, как взамен получить удачу и так далее. После того, как посланники передавали ему все и удалялись, шаман погружался до утра в состояние глубокого сна".

52
Дух-мухомор сидящий верхом на улитке. Фото из архива ОИП "Мезосознание α".

Все время прохождения третьей стадии человек находится под влиянием охвативших его разум образов, не может контролировать свои действия и давать им какую-либо оценку. В этом заключается отличие от предыдущей фазы, которая характеризуется сумеречным состоянием сознания с частичным сохранением связи с реальностью. Человек полностью входит в ИСС и делает то, что скажут ему духи. В. Г. Богораз, предложивший рассматриваемую классификационную схему, пишет: "В третьей стадии опьянения мухомором человек находится в бессознательном отношении к окружающему, но еще активен, ходит, кружится по земле, что-то бормочет и ломает то, что попадается ему под руку. В этом периоде наркоза духи водят его по разным мирам, показывают ему странные видения и умерших людей. Затем наступает тяжелый сон, продолжающийся в течении нескольких часов. Во время этого сна спящего невозможно разбудить".
Большая доза мухоморов, съеденная единовременно, приводит к очень сильному возбуждению психики и может вызвать приступ сумасшествия и неконтролируемой ярости. Этому, как правило, предшествует дрожь в конечностях, озноб или, напротив, жар с приливом крови к лицу. Человек начинает размахивать руками, биться в истерике, метаться из стороны в сторону. Он может безудержно хохотать или, что чаще, выражать всепоглощающий гнев, сопровождаемый проклятиями и ругательствами. В этом состоянии возможны самые дикие поступки. С. П. Крашенинников упоминал, что камчадалы и сидячие коряки едят мухомор, помимо развлечения, и тогда, когда убить кого намереваются. Так, один молодой коряк во время опьянения мухомором слышал настойчивый голос, постоянно повторяющий фразу: "Убей жену! Убей жену!" Не найдя в себе силы побороть навязчивость, он отрубил себе палец.

Герой романа В. Г. Богораза-Тана "Восемь племен" шаман Ваттувий имел особую страсть к ножам, которые прятал в самых различных местах. Во время употребления мухоморов он имел обыкновение их доставать, подчиняясь приказу духов, и нападать на окружающих. В этот раз он съел три больших мухомора:

"- Пришли? - громко заговорил он. - Здравствуйте, здравствуйте! Ты иглокожий, ты сверло, ты ножовый черенок! - перечислял он странных духов мухомора, давая им имена соответственно их внешнему сходству с реальными предметами.

Что надо? - спросил он, как будто отвечая на вопрос. -Нож надо?..

Кого? - опять спросил Ваттувий своего невидимого собеседника. - Этого? - Он проворно подполз к своему ближайшему соседу, бесчувственному, окончательно побежденному мухоморным одурением, повернул его спиною вверх и стал примеривать самый предательский удар. Ваттан (племянник и помощник шамана - О. Д.) быстро поймал и стиснул вооруженную руку шамана. Лицо Ватгувия сморщилось от боли, он всхлипнул, как ребенок, рука его бессильно разжалась и костяной нож упал на неподвижное тело спящего. Ваттан хотел подобрать нож, но Ваттувий оказался проворнее, - он подхватил нож левой рукой и ударил наотмашь племянника, извиваясь, как раненая кошка, и усиливаясь вырвать свою онемевшую кисть из могучей руки молодого силача. Ваттан так же быстро бросился вперед, нож проколол меховую рубаху и, скользнув вдоль спины, оцарапал кожу. Ваттан поймал другую руку шамана и окончательно отнял нож, потом оттащил его на прежнее место" .

В иных случаях агрессия может быть направлена и на себя. С. П. Крашенинников приводит два примера, когда духи-мухоморы заставляли совершить самоубийство европейцев, пребывающих на Камчатке по долгу службы. В первом случае это был деньщик подполковника Мерлина. Наевшись мухоморов, он услышал, что ему следует удавиться, чтобы все удивились. Так оно бы и стало, если бы его товарищи не оказались поблизости. Во втором случае,

по словам С. П. Крашенинникова, происходило следующее: "Бывшей у меня в толмачах большерецкой казачей сын опоенный мухомором в незнании, разрезал было себе брюхо по приказу му-хоморову, от чего на силу его избавить успели, ибо уже в самом замахе руку его задержали".

53
Действия истерической больной при возникновении галюцинаиий. Из книги Ришс "Eludes cliniques sur la grande hysteric", 1885г.

Интересное сообщение делает Е. П. Батьянова, ссылаясь на информатора Д. Шмагина из поселка Лесная (Камчатка, 1995 г.): "Зимой не положено есть мухомор. Один съел маленький мухомор-чик. Перед тем сказал ему: "Я больше есть не буду, если ты дашь мне силы, чтобы я опьянел. Съел. Ну ночью прихватило его. Стал рыться в земле, пока до конца не дорылся, там и остался...". В связи с вышеизложенным вновь вернемся к невротическим заболеваниям и отметим схожесть третьей стадии опьянения мухомором с приступом большой истерии. Предвестниками приступа часто выступают судороги, дрожь, беспокойство, раздражительность, беспричинная ярость. Затем больной начинает кричать, сыпать отборными ругательствами и богохульствами, метаться по комнате, выбегать на улицу. В этом состоянии он может быть опасен как для окружающих, так и для самого себя, что чаще. Обостряется внушаемость и самовнушаемость, на фоне ослабления контроля над навязчивыми идеями разрушительного характера. Нередки случаи самоудушения или протыкания себя ножом. В период возникновения галлюцинаций больной ведет себя согласно условиям фантастического мира, в котором пребывает его сознание. В завершении припадка больной пребывает в неподвижном состоянии, подобном сну, сопровождающемуся яркими образами, а после просыпается, не помня ничего из случившегося. Конечно нельзя полностью отождествлять опьянение мухомором с приступом невроза. Психические больные не извлекают пользу из своего состояния, тогда как видения при приеме галлюциногенов всегда рассматриваются именно как обучение. Есть и другие отличительные факторы, присущие исключительно интоксикации мухомором.

Натуралистом и врачом Г. В. Стеллером было отмечено: "У людей, находящихся в состоянии безумия (вызванного мухоморами - О. Д.), я не мог заметить ускорения пульса или какого-нибудь признака возбуждения крови. По-видимому, этот яд оказывает действие более на нервы, поскольку после потребления гриба нервы расшатываются". Эти данные, сделанные в первой половине XVIII века, никто серьезно не проверял, хотя они, судя по всему, ошибочны, если под "безумием" имеется ввиду именно то, что написано. Вероятно, здесь все же идет речь о шаманском сне, при котором биение сердца действительно ни только не увеличивается, но и замедляется. Вот одно из современных сообщений, сделанное профессиональным психологом и нейрофизиологом, которое согласуется с этим положением. Доза в данном случае равнялась чашке тонко нарезанных грибов, собранных в 1988 году в бассейне реки Пекос в Нью-Мехико:

"Я то и дело дергался, был весь в поту. Изо рта текла слюна. Я понятия не имел, как проходит для меня время. По-моему, я бодрствовал, а может быть, видел очень похожие на жизнь сны, то есть пребывал в чем-то вроде осознаваемого сновидения. Я лишь смутно слышал звучавшую музыку, а то и вовсе не слышал ее. Я сбросил одеяло: было жарко до пота, холодно до озноба, но мурашек не было. Меня охватило чувство необычайного покоя. Я находился в весьма необычном переживании. Оно не было похоже ни на что из испытанного прежде: термин "психоделический" слишком широк, слишком всеобъемлющ, но это было что-то не совсем психоделическое. Все как бы было тем же, но совершенно незнакомым, хотя и выглядело как обычно. За исключением того, что мир этот был почти тенью (или каким-то квантовым уровнем) - иным, в каком-то жутком, глубинном и безошибочном смысле. У меня была атаксия (неспособность координации произвольных движений) и эйфория. Визуального материала было очень мало".

Сужение поля зрения и шаманское путешествие

Как при употреблении мухомора, так и при некоторых невротических расстройствах нередко наблюдается эффект изменения поля зрения, а в некоторых случаях наступает временная слепота. Эта фаза непосредственно предшествует полному отключению от реального мира. Окружающая обстановка теряет обычные очертания, пульсирует и постоянно видоизменяется. Весь мир пребывает в движении и ускользает. Экспериментатор успокаивается, лицо его бледнеет и он погружается в оцепенение. Зрение при этом теряет способность бокового восприятия и становится трубообразным.

54
Проход через воронкообразный тоннель с символами смерти и разрушения во время сеанса ЛСД-терапии. Рисунок сделан Х.Франсе, имеющей такой опыт. Из книги Р.Уолша "Дух шаманизма".

55
Экстаз одной из участниц реальною шаманского посвящения. Фото из архива ОИП "Мезосознание α"

Шаманы говорят, что проход, ведущий в Страну мертвых представляет собой длинный тоннель с источником света где-то в начале. Это универсальное убеждение, надо полагать, имеет непосредственное отношение к реальному изменению поля зрения в ходе проводимого камлания или употребления галлюциногенов. В следующей фазе человек лишается зрения вовсе, что соответствует стадии погружения в шаманский сон. И. Зальцман и другие участники экспедиции на Камчатку в августе 1994 года приводят случай, когда коряк съел сырой мухомор, начал петь, а потом ослеп. Исследователи отмечают, что частичная или полная потеря зрения может наступить и при принятии иных галлюциногенов: мескалина, псилоцибина, ЛСД. Потеря зрительной связи с окружающим миром сопровождается исчезновением мышечного чувства, то есть экспериментатор не реагирует на прикосновения и толчки. Наступает глубокий сон, иногда, с открытыми глазами. "Насколько сильно наркоман чувствует над собой власть духов, показывает случай, когда одному одурманенному было приказано лежать среди своей собачьей упряжки, - делает выводы В. Г. Богораз. - И несмотря на то, что собаки чуть его не растерзали, его никак нельзя было заставить сойти с места. Так он и оставался там всю ночь". Человек в это время на несколько часов погружается в мир экстатических переживаний, во время которых совершает путешествие на небо или под землю. В теле ощущается необычайная легкость: "Как будто шагаешь по небу. И бесконечное небо. Все время иду-иду, иду-иду - нет конца". Современный экспериментатор А. Вербников рассказывает, что под действием мухомора он вылетал из тела, видел себя со стороны, падал в утробу своей беременной в то время жены, превращался в будущего ребенка, узнавал его пол и дату рождения и т. д.
Согласно чукотским верованиям, шаман, съевший мухомор, встречается с духами, которые ведут его через горные обвалы, глубочайшие пропасти и непроходимые болота в Долину предков, находящуюся в стране верхних людей. Он проходит различные "круги покойников": добровольно ушедших из жизни стариков, утопленников и "светящихся" (сгоревших). Всюду его поторапливают, предупреждают, что он может остаться здесь навсегда. Идти мимо мертвецов трудно, особенно "между светящихся". Один чукча по имени Наталько говорит: "Только когда я нужную песню вспомнил, сумел пройти". Тот же информатор поведал этнологу А. Головневу, что в одном из своих путешествий увидел глазами вапака-мухомора людей, выходящих из яранги, что предвещало их скорую смерть.

В докладе Е. П. Батьяновой, зачитанном на Международном конгрессе по шаманизму в 1999 году, приводится такое сообщение, записанное в поселке Маркове на Чукотке: "На том свете все отдельно живут. Кто утонул - отдельно, кто от болезни умер - отдельно, но к друг другу в гости ходят, а вот самоубийц там нигде не принимают, в гости даже не зовут (позднее представление, навеянное христианством и советскими запретами на добровольный уход из жизни стариков с помощью удушения - О. Д.). Пойдешь, все наоборот там. Правая рука, где левая. Левая рука, где правая. И помогать нельзя. Одна бабка тащит что-то тяжелое. "Помоги мне", -говорит, а я знаю: если помогу, то там останусь".

В такой же атмосфере может произойти инициация в шаманы. Одноногие духи-мухоморы в этом случае толкают посвящаемого в огонь, варят в котле и протыкают острыми копьями, чтобы уничтожить земную тленную плоть и дать взамен более прочное железное подобие. Когда автор этих строк проходил "замену органов" во время шаманского сна, ему огромным ножом разрезали живот, вытащили внутренности, отрезали голову, разбили все кости молотом, прокрутили туловище через два валика. Потом в оболочку из кожи были помещены металлические трубы, скрепленные между собой винтами и проволокой. В завершение на шею была поставлена железная голова, а к бедрам прилажено мужское достоинство в виде почему-то кожанной трубочки, убирающейся в конструкцию из жестяных губок между ног.

Обычно, глубокие погружения сопровождаются наиболее длительным сном, который может продолжаться многие часы или даже несколько дней. Один чукотский шаман сказал перед употреблением мухомора, что отправляется к своим предкам и вернется через девять дней. Он заснул. Тело стало холодным, пульс не прощупывался. Дело было при советской власти, и кто-то вызвал милицию, мол опять шаманством занимаются. Когда приехали милиционеры, родственник шамана сказал им, что жив человек, просто мухоморов поел. "Ничего не знаем, - получил он в ответ. - Вот давай похорони его. Прямо при нас. Закопай и все, никаких тут шаманств. Какие мухоморы! Бред какой-то!" Бубен шамана сожгли, а его самого похоронили. На девятый день ветер поднялся: деревья ломались, яранги сносило. Все собаки завыли. Это шаман, видимо, назад вернулся. Ночью его брат с сестрой могилу раскопали, но было уже поздно: задохнулся, лежит перевернутый. Тогда его похоронили, как подобает. На следующий год, весной, весь поселок затопило. Духи-мухоморы могли увести шамана как в Верхний мир, что, судя по обилию сообщений, происходило чаще, так и в Нижний мир, где так же находилась обитель мертвых. Известен рассказ, в котором один самоед (ненец) отправился в "мухоморном" сне вслед за бегущими "мужеподобными созданиями" на обратную сторону мира, по тропе ушедшего после заката солнца. Там он узнает как вылечить больного человека. Проделав весь путь "ночного солнца", ненец возвращается к свету и делает шест с семью отверстиями, к которым привязывает веревками духов. Потом он просыпается, берет в руки четырехгранный посох с семью косыми крестами и поет о том, что увидел.

56
Строение вселенной с точки зрения эвенкийских шаманов. Сверху показаны жилища различных созвездий: в тверде Верхней и Средней земель имеется отверстие для прохода-солкит; Долбор и Булдяр рассматриваются как сумеречные миры

К оряки считают, что видения от принятия мухомора поддаются контролю. Спящий может увидеть все что захочет и прозреть будущее если произнесет определенное заклинание. Сравнивая галлюцинации, вызванные психическими расстройствами, и видения, производимые гашишем французский поэт III. Бодлер, автор нашумевшего в свое время трактата о гашише "Искусственный рай", пишет:
"Очень существенно отличие чистой галлюцинации, которую приходится так часто наблюдать врачам, от той галлюцинации -вернее, обмана чувств - которая наблюдается под воздействием гашиша. В первом случае галлюцинация появляется неожиданно и фатально и отличается законченностью; притом, она не имеет причины в окружающих предметах, никакой связи с ними. Больной видит образы, слышит звуки там, где их нет. Во втором случае галлюцинация развивается постепенно, вызывается почти произвольно и достигает законченности только работой воображения. Притом, она всегда мотивирована. Музыкальный звук будет говорить, произносить очень отчетливые вещи, но сам звук все-таки существует в действительности. Пьяный глаз человека, принявшего гашиш, увидит странные вещи; но прежде чем они сделались странными и чудовищными, он видел эти вещи простыми и естественными. Сила и кажущаяся реальность галлюцинации при опьянении гашишем нисколько не противоречит этому основному различию. Последняя возникает на почве окружающей среды и данного времени, первая же независима от них".

57
Шаманские атрибуты: бубен с обозначением небес и духов помощников, ловушка для духов сновидений, чучело ворона, мешочек с благопожеланиями. Фото из архива "Метосознание α".

Данных об управлении образами в "мухоморных" опьянениях не много. Без сомнения, перед принятием гриба шаманы их прогнозируют, настраивая себя на совершение определенных действий, но это еще не контроль, как таковой. Если контролируемость видений, под которой следует понимать манипуляцию образами и совершение обдуманных поступков, возможна, то она может быть только в последней фазе опыта - сне. Логично предположить, что такое управление достигается так же, как в известных техниках контроля над обычными сновидениями.
Надо отметить, что прием психоделиков вне традиционной культуры чаще всего не приводит к шаманскому виденью. Об этом, например, свидетельствуют опыты Кизеветтера с ведьмины-ми маслами, которые он ставил над собой. В основу мазей входили семена белены и дурмана, бешенная вишня и другие ингредиенты. Исследователь растирал ими поясницу, подмышечную и подложечную ямки и ложился спать. Во сне он, конечно, испытывал чувство полета, поднимался к небесам, мчался на бешенной скорости на поезде, видел тропические страны и красивые города, но все это было абсолютно лишено смысла. На шабаш с оргией ведьм под председательством Дьявола он так и не попал.

Пробуждение и интерпретация сна

После совершенного путешествия, через несколько часов глубокого сна, происходит пробуждение. В. Г. Богораз сообщает, что оно сопровождается тяжелым похмельным синдромом в виде общей слабости, головной боли, неутолимой жажды и тошноты с рвотой. Сами же экспериментаторы говорят об отсутствии любых негативных последствий, если доза была не слишком высока (менее пяти-семи грибов). Более того - на следующий день в этом случае может сохраняться повышенная энергичность без желания тотчас повторить опыт. С последним соглашаются и химики, отмечая, что после употребления иботеновой кислоты нет синдрома "похмелья" в отличие от приема алкоголя. Зависимость от алкалоидов мухомора не выявлена, как, впрочем, и от многих других веществ, входящих в состав иных растительных галлюциногенов, известных архаическим обществам. Поскольку проблемой мухомор-ного похмелья или отсутствия такового никто целенаправленно не занимался, остановимся на расплывчатой формулировке: возможно, мухомор действует на разных людей не одинаково. Так же добавим, что, помимо иботеновой кислоты в мухомор входит масса других токсинов, например мускарин, не отличающийся особой лояльностью.

А. Вербников, проводящий эксперименты над собой, рассказывает о том, как после "мухоморного" сна тело вновь начинает обретать человеческую форму:

"Сначала появилась - или вспомнила себя - моя голова, но при этом было полнейшее ощущение, чю она растет на грибной шее-ножке. Затем "проявилась" и человеческая шея, и оставшаяся грибная "юбочка" ощущалась какую-то секунду и "как таковая", и как человеческие плечи. Затем плечи полностью очеловечились и некой волной - с непередаваемым ощущением той же упругости, свежести, здоровья, чистоты и мощи - все оставшееся грибным тело вздрогнуло. Я полностью вернулся в себя, человека, вскочил на постели, где лежал с закрытыми глазами и сию минуту пересказал свой "опыт" находившейся рядом жене".

У хантов большое значение придается не только самому отчету о проделанном шаманском путешествии, но и случайным словам, произнесенным во время сна. В. М. Кулемзин пишет об этом: "Присутствующие собирались к спящему панкал-ку (шаман-мухомороед -О. Д.) и слушали содержание его сна, передаваемое в бредовом состоянии". В ряде случаев приглашался специальный тол-мяч, пеоеко/тяший лля всех то, что еле слышно бормочет шаман. На Камчатке знатоки вопроса говорят, что самая сильная фаза опьянения мухомором должна совпасть со сном. После пробуждения нужно сказать: "Проснулся, очутился на этом свете". Это делается для того, чтобы знать "на какой планете находишься, потому что можно запутаться". Такой подход очень похож на выход из "ступенчатого" сна в технике достижения контроля за сновидениями. В этом виде сновидений спящему сниться, что он встал, делает какие-то обычные дела, после чего происходит еще одно пробуждение, реальное или вновь мнимое. Мнимых пробуждений может быть несколько. Сновидец, подчас, запутывается в том, где есть сон, а где - явь.

К. Ф. Карьялайнен описывает шаманский сеанс у иртышских остяков (хантов) так. Вызванный шаман предварительно окуривает дымом весь дом и приносит кусок ткани в дар Всевышнему Сверкающему Существу - Санке. После дневного поста, шаман принимает омовение и съедает от трех до семи грибов, которые погружают его в сон. Через несколько часов он пробуждается и, содрогаясь всем телом, сообщает все то, что открыли ему духи: кто из потусторонних существ требует жертву, почему охота была неудачной и т. д. Затем шаман вновь засыпает и на следующее утро приступает к выполнению полученных во время путешествия заданий.

Экстатические переживания являются целью употребления гриба, а последующий рассказ воспринимается обществом в качестве откровения духов, с помощью которого урегулируется внутренняя жизнь согласно воле внешних сил. Для шамана экстаз -это возможность соприкоснуться с миром предков и потусторонних существ, получить знание из первых рук, чтобы передать его людям. В некоторых обществах достижение состояние экстаза было допустимо и в среде обычных людей, но они, как правило, не добивались хороших результатов. Знание их пугало. Вот одно из современных сообщений на эту тему, записанное на Чукотке:

"Одна бабка была. Тоже мы с ней поели эти мухоморы. Мало было мухоморов. Три штуки только. Мы пополам с ней разделили. За столом с ней сидели, и она забалдела, начала петь. И она пела-пела, потом раз - на пол упала. Очнулась и мне рассказывает, что она начала на небо подниматься. А земля быстро-быстро маленькая становится, и там перевернулась она вниз головой, на землю прямо летит, а вот когда она стукнулась о землю, это она, оказывается, головой приземлилась на пол. Вот тогда она очнулась. Ну, испуганная была. Говорит: "Далеко я летела туда. Наверное, к богу".

Как уже упоминалось, тяги к возобновлению опьянения после пробуждения, обычно, не возникает. В некоторых случаях иные употребляющие все же остаются недовольны кратковременностью полученных результатов. "Состояние опьянение может быть возобновлено посредством одного только гриба, - пишет В. Г. Богораз. - Таким способом закоренелые наркоманы поддерживают состояние опьянения день за днем. Ядовитые средства грибов так сильны, что опьяняющее действие сохраняется даже в моче недавно наевшегося их человека. Этим свойством мочи также не пренебрегают наркоманы и без всякого отвращения пьют ее из обычных чайных чашек. Эффект получается не менее сильный, чем от самих грибов.

В прежние времена, по сообщениям пожилых чукчей, на новогоднем осеннем празднике нэгыргын жители стойбищ "ходили под мухомором" по двенадцать дней подряд, глотая мухомор гриб за грибом ежедневно. По прошествии срока, когда к ярангам подгоняли оленей, совершалось обильное жертвоприношение. В период нэгыргына мухоморов ели много, но, судя по всему, в ограниченных дозах за один прием, что позволяло все двенадцать дней пребывать в хорошем настроении, а не валяться в пологе, уткнувшись в шкуры.

Во время борьбы с шаманством в первой половине XX века употребление мухоморов было поставлено вне закона, как и игра на бубне. Властями были сформированы специальные дружины, которые ходили по стойбищам и слушали: не гремит ли где бубен, все ли трезвы. Место мухомора на Севере занял алкоголь, отравляющий и затуманивающий разум напиток, не имеющий ничего общего с достижением прозрения и классическим экстазом. Постепенно, коренные народы Сибири и Крайнего Севера утратили связь с предками, потеряли смысл своего существования и спились. Эту невеселую картину можно наблюдать в наши дни и на Чукотке, и на Таймыре, и на Камчатке, и на Ямале, и во многих других регионах, где ранее традиционно использовался мухомор.

В Западной Европе закон, запрещающий использовать мухомор для достижения экстаза, был принят намного раньше - в 1123 году. Эту дату можно назвать временем падения воинства берсер-ков. За невыполнение этого постановления следовала расплата -тюремное заключение, в лучшем случае. В итоге, самобытная культура саамов была разрушена практически полностью.

Сегодня шаманы, применяющие мухомор в ритуальной практике, большая редкость: "А зачем их есть, отравиться что ли?" Постепенно, с уходом стариков, исчезает и культура употребления галлюциногенов, что коренным образом отражается на философии шаманского мировоззрения. Шаманский транс, в своей архаичной форме, современный этнолог видит не часто, довольствуясь полубуддийской-полушаманской самодеятельностью. Конечно, потребление психоделиков - это не шаманизм, но оно есть его наиболее древняя часть, а может и основа, как полагает например Т. Маккенна и некоторые другие исследователи. Влияние галлюциногенов на становление религии и культуры, в том числе европейской, очевидно, но до сих пор многие антропологи не уделяют этому вопросу должного внимания. Есть мнение, что даже Платон, этот великий философ всех времен, был членом одной из тайных греческих школ, использовавших психоделические вещества в своих сакральных обрядах. Вот уже более полувека среди психологов ведутся споры о том, могут ли галлюциногены индуцировать истинные духовные переживания, но тема остается открытой. Возможно, такая идеалистическая бесперспективность связана с традиционным для Запада принижением значения психоделического опыта, обусловленного борьбой с наркотиками, при которой растения, уже существующие на земле за миллионы лет до возникновения человечества, вдруг оказываются лишними на этой планете, и подлежат уничтожению.

Книгу целиком можно прочесть здесь